Молодой человек отвернулся в сторону, чтобы подышать, и между шумными вдохами сообщил:

– Занятой товарищ – Ставров.

Гость посомневался, следует ли уходить после таких слов или нет, и торопливо полез во внутренний карман пиджака. Извлёк кипу истёртых бумажек – в большинстве, должно быть, давно ненужных, – перебрал её и вытащил кусок почтового бланка.

– Я получил перевод... На обороте написано: “Согласно указанию Б.С. Ставрова”.

Фотограф впервые взглянул на пришедшего, а заодно и на бланк. Увидев сумму, он отодвинулся от ящика и протянул гостю руку:

– Миша. За что перевод?

– Вася. Не знаю.

– Как не знаешь? Ты Ставрову соавтор?

– Какой соавтор?

– Он изобретатель у нас, – не без гордости объяснил Миша. – Ты ему помогал?

– Не знаком с ним вообще.

Фотограф поднял брови и вернулся к своему занятию. После раздумья он спросил, опять отвернувшись:

– А какую-нибудь работу для завода выполнял?

– Даже не слышал никогда про ваш завод.

Миша недоумённо помолчал минуту. Вложил в ящик последнюю линзу и закрыл его. В наступившей темноте что-то пискнуло, как говорящая кукла. На передней стенке ящика загорелся белый экран, тогда стало светлее.

– Может, ошибка? – предположил гость, надеясь на возражение.

Миша пожал плечами. Достал из нагрудного кармана плоскую коробочку, на которой тотчас же со свистом вырос и закачался никелированный штырь. Коробочка зашуршала.

– Спецсвязь, – небрежно пояснил Миша. – Мы со Ставровым работаем над одним тут агрегатом. Борис дал мне эту штуку, чтобы в любой момент со мной советоваться. Он такую же носит при себе.

– Слушаю, – раздался резкий голос.

– Борис Семёнович! – скороговоркой начал фотограф, вмиг потеряв часть уверенности. – Фортиссимо сгорело.

– Опять попурри с интегралом будет в три люкса? – сердито осведомился голос.